- Что там? - спросил Туан.

Те подняли головы.

- Здесь примята трава, господин майор. Кто-то выпрыгнул из окна.

- Господин майор, дворника нигде нет, - раздался голос из темноты.

Туан ничего не ответил. Он спустился вниз и снова подошел к бармену.

- Это зажигалка Фам Тху? - спросил он, держа на ладони серебряную фигурку Будды.

- Нет, я никогда не видел у нее такой вещицы, - покачал головой тот.

"Наверное, дворник стащил у какого-нибудь американца, - решил майор, - а сегодня выронил здесь впопыхах".

Стоя у бара, Туан стал наблюдать, как его люди проверяли документы у посетителей.

Хоанг подошел к большому зеркалу в стене, поправил галстук. Из зеркала на него смотрел худощавый мужчина с веером морщинок у глаз. "Ты здорово постарел, - мысленно сказал Хоанг своему отражению. Тебе нет еще и сорока пяти, а выглядишь ты на все шестьдесят".

Он причесался и вошел в ресторан. К нему тут же подскочил официант, приглашая за свободный столик.

- Рис по-кантонски, лангусту на гриле и крабовый суп. А я пока выпью что-нибудь, - сказал ему Хоанг и направился в сторону бара.

Он сел на высокий табурет перед стойкой и заказал рюмку "куантро". Наливая ликер, бармен тихо произнес:

- Сегодня "дядюшка" сам придет на встречу. Он будет ждать тебя в половине восьмого у гробницы Ты Дыка.

Хоанг допил "куантро" и пересел за столик. Через минуту перед ним появились заказанные блюда. Но ни дымящийся рис, ни имбирный аромат рыбного соуса, ни золотистая корочка великолепно зажаренной лангусты не привлекали. Есть не хотелось. На душе было тоскливо. Сегодня ему исполнилось сорок три, и он снова - уже в который раз! - отмечает, а точнее, не отмечает, день рождения в одиночестве.

Когда в последний раз его поздравляли друзья? Кажется, лет десять назад или даже больше.