Билл, заметно усмиренный таким приветствием, представил его. Майор и миссис Колледайн сидели ближе, и Энтони тихим голосом обратился к ним:

— Боюсь, это будет для вас большим потрясением, — сказал он. — Роберт Эблетт, брат мистера Марка Эблетта, был убит. — Он указал большим пальцем через плечо. — В доме.

— Бог мой, — сказал майор.

— Вы хотите сказать, что он убил себя? — спросила миссис Колледайн. — Вот сейчас?

— Это случилось примерно два часа назад. Я случайно оказался здесь. — Он полуобернулся к Беверли и объяснил: — Я хотел повидать тебя, Билл, и пришел почти сразу после… после смерти. Мистер Кейли и я нашли тело. Мистер Кейли сейчас очень занят — в доме сейчас полиция, врачи и так далее. А потому он попросил меня сообщить вам. Он говорит, что, без сомнения, при таких трагических обстоятельствах вы предпочтете уехать как можно скорее. — Он улыбнулся милой виноватой улыбкой и продолжал: — Я выразился очень неудачно. Он, разумеется, имеет в виду, что вам следует считаться исключительно с собственными чувствами, и, пожалуйста, сами сообщите, когда подать автомобиль, чтобы доставить вас к выбранному поезду. Насколько я понял, есть вечерний поезд, каким вы можете уехать, если пожелаете.

Билл смотрел на Энтони, разинув рот. В его словаре не было слов, чтобы выразить то, что он хотел бы сказать, не считая тех, которые уже использовал майор. Бетти, наклонившись к мисс Норрис, проговорила:

— Кого убили? — голосом, исполненным ужаса, а мисс Норрис, инстинктивно выглядевшая столь же трагично, как выглядела на сцене, когда вестник объявлял о смерти одного из членов труппы, на мгновение расслабилась, чтобы объяснить.

Миссис Колледайн без демонстраций полностью владела собой.

— Мы будем мешать, да, я понимаю, — сказала она, — но мы не можем просто отрясти пыль этого места с наших ботинок потому лишь, что произошло нечто ужасное. Я должна увидеть Марка, и позже мы решим, что делать. Он должен знать, как глубоко мы ему сочувствуем. Может быть, мы… — Она заколебалась.