— С чего это мне… — вскинула я глаза.

Это уж, скорее, я должна была не хотеть, чтобы он обо мне плохо думал.

— Погоди, не перебивай! …плохо думала, но я принес тебе маленький подарок, он ждет тебя дома. Я твоей маме отдал.

— Подарок? Маме? И что она сказала?!

— Не волнуйся, я представился как посыльный.

Я с сомнением окинула его взглядом. Посыльный. В дубленке, без шапки (из машины-то можно себе позволить пройти десять метров по морозу!), с запахом дорогого одеколона и холеной бритой мордой, красивый молодой мужик… Бедная моя мама! Сколько валокордина она уже проглотила?

— Посыльный — от кого?

— Я сказал — не знаю. Сказал — велено доставить по вашему адресу для Ольги Самариной.

— Глупость сделали. Моя мама к таким вещам не привыкла, ее инфаркт может хватит. И, собственно, с какой это стати мне подарки? От вас?

— Видишь ли, Оля… — он слегка сконфузился. — Я такой человек… Импульсивный, что ли… Ты — красивая девочка, мне попалась красивая вещица, как раз для тебя… Я не устоял. Ты не должна думать ничего плохого, из этого ровно ничего не следует. Этим я себе лично доставил удовольствие и прошу тебя — очень прошу — не отказываться… Мне это ничего не стоит, и тебя, повторяю, ни к чему не обязывает… Ладно?

— Посмотрим, — сухо ответила я. — А адрес мой у вас откуда? Вадька снабдил?

Я была не на шутку сурова. Я очень старалась. Я очень старалась не показать, что мне понравилось, что мне дарят подарок.

Мы были возле моего подъезда. Он мне протянул руку, даже целоваться не полез. Я пожала, и быстро ушла. Как там мама, бедняжка, после «посыльного»?

Мама сидела в большой комнате и созерцала здоровый пакет в подарочной бумаге. Такую бумагу я видела впервые в жизни: она была красная, а на ней были вытеснены золотые колокольчики и свечки с золотыми огоньками. Мама сидела, уставившись на этот пакет, не смея, видимо, к нему прикоснуться.

— Аленка! — Сказала она испуганно, будто внутри могла быть спрятана бомба. — Что это?