По пути на ужин я постучала в дверь Ди, но не получила ответа. Очевидно, она и ее отец уже спустились вниз.

Я нашла их в вестибюле нового крыла воркующими как голубки. Заметив меня, Блоч знаком пригласил присоединиться к ним. Что я и сделала, приняв предложение выпить коктейль.

Ди красовалась в платье, которое я не помогала ей выбирать в Париже. Скорее наоборот, пыталась отговорить покупать его. Само по себе оно было великолепно, но черный шифон, блестки и черные жемчужины — все это мало подходило для семнадцатилетней девочки. И особенно по-дурацки выглядело рядом с белым гипсом, из-под которого торчали розовые пальчики Ди.

Однако при всем при том вид у нее в этом платье был сногсшибательный — в свои семнадцать она имела вполне зрелые формы. Я решила, что моя реакция наполовину продиктована завистью. С мрачным удовлетворением я созерцала собственный наряд из скромного нейлона в цветочек. И хотя я позволила себе иметь на плечах только тонюсенькие бретельки, было совершенно очевидно, что одеваюсь я не у лучших кутюрье Парижа или хотя бы Лондона.

— Вы выглядите бесподобно, — сказал мистер Блоч, лучезарно улыбаясь мне.

— Премного благодарна, — сухо ответила я.

— Мне так приятно оказаться в обществе двух хорошеньких барышень, — продолжал мистер Блоч своим тихим голосом, певуче растягивая слова. — Я был бы рад пригласить вас пообедать с нами, мисс Томлинсон, но имел глупость назначить встречу на это время — нам предстоит что-то вроде делового обеда.

Мистер Блоч был по-старомодному любезен, однако я не находила его манеры ни нелепыми, ни смешными. Наоборот, они казались успокаивающими, как тихая музыка.

— Когда-то я знавал человека по имени Джейк Томлинсон, — добавил мистер Блоч и тем же мягким тоном спросил: — А вы ведь его любимица дочь, не так ли?