Шагах в пятидесяти впереди возвышался небольшой холм. За ним, подумал Роджер, можно без опасения быть увиденным наконец рассмотреть свою находку. Начав подъем, он уже сунул руку в нагрудный карман, и вдруг на вершине холма показался Энтони. Увидев Роджера, Энтони вприпрыжку стал спускаться.

— Привет, Энтони, — приветливо сказал Роджер. — Ты, по-видимому, очень спешишь.

— Послушай, — задыхаясь от волнения, выпалил Энтони. — Я виделся с мисс Кросс, и дело очень серьезное. Этот чертов инспектор тоже здесь побывал и чуть не напугал ее до смерти. Я хочу, чтобы ты пошел со мной и поговорил с ней. И позволь мне сразу предупредить тебя, Роджер, ситуация взрывоопасная. Каждого, кто позволяет себе такие намеки относительно этой девушки, надо арестовать и расстрелять. Бедный ребенок…

— Да остановись ты хоть на минутку, — перебил его Роджер, — объясни четко и ясно: тебе удалось повидаться с мисс Кросс?

— Да, и она…

— И она, оказывается, очень хорошенькая, да?

— Черт побери, как ты об этом узнал? — изумился Энтони.

— Ерунда, достаточно немного дедукции, — скромно объяснил Роджер, — а теперь начни с самого начала и расскажи по порядку, что произошло.

Энтони повиновался и на этот раз более связно изложил суть дела. Он рассказал о встрече с девушкой и о том, как она расстроилась (очень деликатно упомянув о последовавшем сближении ее темной головки и его плеча), и затем подробно изложил перед в высшей степени заинтересованным слушателем историю ее жизни с тем, чтобы, по возможности, избавить ее от болезненной необходимости все снова повторять. Его пересказ продолжался почти до самого места, где она их ожидала, и Энтони едва успел яростным шепотом предупредить о данном им обещании помочь ей во что бы то ни стало и потребовать такого же обещания от Роджера, когда внизу, на травянистом скальном выступе показалось ее черное платье.