Подполковник аккуратно завернул в бумагу пуговицу и пряжку, передал их Антону и посоветовал:

-- Сходи-ка в военкомат и выпиши там все адреса моряков, которые живут в нашем районе.

Из кабинета подполковника Кайров вышел первым. Пройдя по коридору несколько шагов, он обернулся к идущему следом Антону и сочувствующе сказал:

-- Взял ты, родной мой, на себя обузу. Но это к лучшему: оскомину набьешь -- поумнеешь.

С улыбкой сказал Кайров, вроде бы не в упрек, но на душе у Антона вдруг стало муторно, противно заворочалось сомнение. Захотелось вернуться к подполковнику и сказать, что, мол, сдуру напросился на непосильное дело. Однако тут же заговорило самолюбие: зря, что ли, в институте учился? Нет опыта... Опыт -- дело наживное, как сказал подполковник. Правильно сказал! Надо гореть на работе в хорошем смысле этого слова, а не тлеть, как тлеет Кайров. Все у него без сучка, без задоринки -- никакого интереса! "Нет, капитан, кровь из носа, а тайну старого колодца разгадаю",-- упрямо решил Антон.

Он сел за свой стол и, энергично придвинув к себе телефон, стал звонить в аптеку -- не появлялся ли там Граф-Булочкин?

Управляющий аптеки, узнав, что звонят из милиции, заволновался.

-- Знаете,-- не дослушав Антона, заговорил он,-- вчера, перед самым закрытием, этот гражданин взял у нас по рецепту пять пробирок с таблетками мепробамата.

-- Не заметили, куда он направился из аптеки? -- спросил Антон, словно это имело какое-то значение.

-- К сожалению, нет. Хотя посетитель сразу показался мне странным. Этакая неприятная рожа наркомана. Дрожащие руки, землистый цвет лица, глаза мутные и все такое...

-- С какой целью применяют мепробамат?

-- Это лекарство импортного производства. Рекомендуется для успокоения нервной системы при сильных волнениях. Доза: по одной-две таблетки на прием.