Мисс Силвер не сводила с девушки пристального взгляда, но та не замечала ничего, кроме конверта, который сжимали ее пальцы.

Миссис Джеймс Фэнкорт… Имя это казалось ей совершенно незнакомым. Пальцы замерли. Ведь нельзя вскрывать чужие письма! И немедленно вслед за этой мыслью — воспоминание о мертвой девушке в подвале. "Это адресовано или ей, или мне. Если ей — то ее ведь уже нет.

Кто-то же должен его прочесть. А если оно мое — тем более". Мысли с ужасающей скоростью сменяли одна другую. Она снова осмотрела письмо.

Конверт был уже распечатан. Девушка развернула сложенный вдвое лист бумаги и прочла:

Чантриз,

Хэйликотт.

Дорогая Энн!

Я в полной растерянности. Мы получили письмо от Джима и, конечно, выполним его просьбу — примем тебя. Но все это очень меня тревожит. Письмо Джима совсем короткое, и я ничего толком не поняла. Поняла только, что вы поженились и ты скоро к нам приедешь. Все это весьма странно.

Но, разумеется, мы сделаем все, что в наших силах. Хотя я не совсем понимаю, почему он не приехал вместе с тобой.

Твоя Лилиан Фэнкорт.

Она подняла глаза, посмотрела на мисс Силвер и снова опустила голову. Прочтя письмо еще раз, она протянула его своей собеседнице, пробормотав:

— Не представляю, о чем это. — Глаза ее округлились от ужаса.

Мисс Силвер взяла письмо и тоже его прочла. Затем потянулась за конвертом. На нем было лишь имя адресата — миссис Джеймс Фэнкорт — и более ни строчки. Личное письмо, надписанное и запечатанное. Но чьей рукой?

— Как оно к вам попало? — спросила она.

— Не знаю…

— Понятно. Не надо напрягаться, это вам повредит.

А других писем в сумке нет?

— Не думаю…

— Не могли бы вы посмотреть?

Девушка послушно заглянула в сумку, но больше там ничего не было. Итак, лишь одна ниточка связывала ее с прошлым и с будущим.