Буш не предполагал, что шеф разведывательного управления также намерен вскользь затронуть эту тему. Он часто мигал круглыми, будто кукольными глазами, собрав на лбу глубокие морщины, словно только что проснулся и пытался вспомнить, что ему снилось. Он едва не вспылил, когда смысл чрезмерно длинной фразы дошел до него. Она вылезла изо рта директора ЦРУ ядовитой змеей и шипела, угрожая.

— Повтори еще раз, в чем ты хочешь меня убедить, — невыразительные глаза президента плескались злостью и недоумением.

— В целесообразности привлечения на работу в разведку наиболее способных членов бывшей подпольной организации «Северная армия Стюарта». Я знаю, господин президент, как вы относитесь к таким людям — с неприязнью.

— С неприязнью?! — побагровел Буш. Он быстро нашел чем ответить и развернул в сторону собеседника календарь. На Питера нацелились смертоносными копьями две единицы. Сегодня было 11 марта. Прошло ровно шесть месяцев с варварской атаки террористов на Нью-Йорк.

«Сейчас пуговица на его рубашке отлетит, — спокойно подметил Шейлер, — и попадет мне в глаз».

— Я хочу напомнить вам, что Бриджес официально осудил теракт 11 сентября, а лидер «армии» объявил о роспуске своей организации. Многие арестованы. Мы присматриваемся к ним. Наши аналитики пришли к выводу, что они не представляют реальной угрозы внутри государства. Поэтому их конспиративный опыт может быть использован.

— Кем?

— Нашим государством. — Питер сложил на груди руки, демонстрируя белоснежные манжеты. — В борьбе с международным терроризмом.

— У тебя есть досье на Бриджеса? — не унимался президент.