— А как же, конечно, имеет, и еще какое, — серьезно ответила ей Людмила. — Скажу больше: грамотный, во всех смыслах юридически выверенный иск в суд можно, конечно, с небольшой натяжкой, считать половиной выигрыша судебного спора. Иск — это очень серьезное дело, в немалой степени показывающее уровень профессионализма адвоката в первую очередь. По этому пути мы с вами и пойдем в ближайшее время.

— Ты думаешь, Люда, это все реально?

— Более чем… В этот момент звонок, прозвучавший в дверь, прервал их затянувшийся юридический диспут.

— Это Олег, мам, не волнуйся, он как раз обещал зайти. Пойду открою, — сказала Ольга, поспешно вскочив со своего места, подумав при этом, что уже спала с открытыми глазами от речей занудной буквоедши-адвокатши.

— Ну, как у вас, все в порядке? — едва перешагнув через порог, спросил Олег своим громким голосом. — Что касается меня, то встреча с Андреем прошла, как говорится, на самом высоком уровне. Обо всем договорились. Руки чешутся, так хочется работать. А что, Людмила здесь? Ну и прекрасно. Все разъяснила тестю или еще только собирается? Отлично. Тогда у меня есть для вас, девочки, прекрасный план. Сейчас зайду в комнату и все вам поведаю без утайки, как говорила делегат партийного съезда повар-швея с Крайнего Севера, у которой я брал когда-то интервью.

Напевая себе под нос мотивчик любимой песни Высоцкого, явно не нравившейся Александру Ивановичу, Олег со словами «а на левой груди профиль Сталина, а на правой — Маринка анфас» в прекрасном настроении зашел в гостиную. Людмила сразу заулыбалась, а теща, вскочив со стула, тут же захлопотала.

— Олежек, может, ты чайку хочешь? У нас для тебя и торт есть, твой любимый «Прага». Сегодня аспирантка утром рано была у Александра Ивановича, наверное, знаешь, — Раминта из Литвы. Принесла. А твой тесть, он же всегда о тебе помнит, сказал, чтоб тебе непременно оставили не меньше половины. Зная, что Ольга придет, я даже завернула в пакет, чтобы она отнесла тебе домой. Думала, а вдруг не зайдешь. Так что усаживайся.