Тогда он считал не только дни, чуть ли не часы стал считать. Он был просто фантастически счастлив. И ужасно возбужден. В эти дни предвкушения счастья и томительного ожидания они встречались с Машей довольно редко, он был очень занят в институте. Как-то вечером они нашли время встретиться и поехали на проспект Калинина. Горели ярким светом витрины магазинов, как это бывает часто, гулял по проспекту пронзительный ветер. Возникла идея куда-нибудь зайти посидеть. Как раз поблизости было кафе "Метелица", тогдашнее обиталище московских студентов, недалеко - кафе "Октябрь", вниз по проспекту "Печора", "Валдай", другие места Нового и Старого Арбата. В семидесятые годы Москва была гостеприимна для небогатой публики, все было дешево и доступно. Но Аркадий не любил злачных мест, поскольку в них постоянно проводили время его однокурсники со своими девицами. Самым любимым их местом был так называемый "гадючник" на Старом Арбате, неподалеку от ресторана "Прага." Там продавался баснословно дешевый "Портвейн", и вечно можно было встретить одни и те же рожи, которые Аркадий не переваривал органически. Но порой судьба забрасывала его и туда, общаться-то с людьми тоже надо было. А на рестораны денег не было, хотя, надо ради справедливости отметить, что тогда и на двадцать рублей в "Национале" можно было вдвоем прекрасно поужинать со спиртным. Спокойное хлебосольство застойного времени. Время дефицита и дешевизны, которое никогда больше не повторится...

Очень не хотелось Аркадию заходить с н е й в эти арбатские забегаловки. Он физически не мог представить е е там, в этих прокуренных вертепах среди наглой и пьяной братии. Однако, ей захотелось мороженого, она настояла, он побоялся показаться скупым, и они оказались в небезызвестной "Метелице", которая, разумеется, не имела ничего общего с тем, что происходит там в настоящее время, это была славная студенческая толкучка, куда каждый с пятеркой в кармане мог войти, выпить, встретить знакомых, поболтать...