- Этим вещам учит не школа, а жизнь, - уточняет Розмари, устремляя на меня не только вызывающий взгляд, но и густую струю дыма.

- Какая жизнь? Бедных бездомных студентов?

- Благодаря вам я уже не бездомна. И, пусть это покажется нескромностью, должна добавить, что и на бедность не смею жаловаться. Мой отец накопил немало денег именно по вашему методу - торговлей.

- Чем он торговал?

- Не продовольствием, а часами. Но это деталь.

- Которая не мешает вам видеть в нем вора.

- Не понимаю, почему я должна щадить его, если не щажу остальных? Все воры...

- И вы в том числе?

- Естественно. Раз я живу на его ворованные деньги.

- Логично! - киваю я и смотрю на часы. - Вроде бы пора ложиться спать.

- В самом деле. Я что-то не в меру разболталась.

- Наверное, вы держите под подушкой красную книжечку Мао...

- Допустим. Ну и что? - снова бросает она на меня вызывающий взгляд.

- Ничего, конечно. Дело вкуса. Но раз уж мы заговорили о вкусах, то позвольте заметить: одежда хиппи вам никак не идет. Ваша фигура, Розмари, достойна лучшей участи.

Пожелав ей спокойной ночи, я удалаюсь на верхний этаж. И быть может, это чистая случайность, но больше мне никогда не приходилось видеть Розмари в драных джинсах и мешковатом свитере.

"Не пью, гостей не созываю - словом, все равно что я вовсе не существую..." Должен признать, что, поселившись у меня, Розмари соблюдает все пункты вышеприведенной декларации, кроме одного: она все-таки существует. И вполне отдает себе в этом отчет, да еще старается, чтобы и я не упускал этого из виду. Вернувшись со своих лекций, она так грациозно покачивается на высоких каблуках, очертания ее бедер и бюста так соблазнительны, а глаза - просто грешно прятать такие глаза за стеклами очков - смотрят на меня с такой многообещающей игривостью, что... Как тут усомнишься в ее существовании?

- Скучаете? - спрашивает она, бросив на диван сумочку и перчатки. И, прежде чем я решил, что сказать в ответ, добавляет: - В таком случае давайте поужинаем и поскучаем вместе.