Чтоб назначенье в мире оправдать. Того, кто в этот высший мир идет, Мир «Человеком духа» назовет. Халифов и царей сравнишь ли ты С владыкою сокровищ доброты? И ведай: счастье зиждет свой престол, Чтоб чистый сердцем на него взошел. Ты душу, сердце — все отдай ему, Душой и сердцем подражай ему. О, Навои! Полы его одежд Коснись — во исполнение надежд!

ГЛАВА XVIII

ПЕРВОЕ СМЯТЕНИЕ

Исход души из мрака небытия и соединение ее с утром бытия Эй, кравчий! Отогнала мрак заря! Дай пить мне из фиала, как заря! Синица спела мне: «пинь, пинь!» — «пить, пить!» И утром я, с похмелья, должен пить! Я заглушу вином печаль свою, Как утренняя птица запою. Встал златоткач рассветных покрывал, Основу стана ночи оборвал. И письмена он выткал для меня: «Клянусь зарей! Клянусь светилом дня!» И горные вершины озарил, И коврик свой молитвенный раскрыл, Ночь утащила черный свой престол, И веник утра след ее замел, И мускус, сеявшийся над землей, Сверкающей сменился камфарой. И вот нежно-лиловый небосвод Раскрыл в росе златой тюльпан высот. Эбен дарчи слоновой костью стал, И желтым жаром запылал мангал. Рассветный сумрак в утреннем огне Сгорел; померкли звезда в вышине.