– Ничего не надо объяснять, я и так уже боюсь!

– Не надо, здесь совершенно нечего бояться, – тяжело дышал Антон Петрович. – Понимаете, Дашенька не совсем здорова, у нее серьезные проблемы с психикой, но это не… Она просто не контролирует свою речь, а так она вполне безобидна. Ну… нахлынули на нее черные эмоции, вот она и плетет всякую чушь. А Димка… Ч-черт, куда же он пропал?

К Кире подбежала бледная заведующая.

– Кирочка, ты не бери в голову, сама понимаешь – нервы! Ну какая мать такое выдержит? Ах ты черт, и надо же было этому случиться как раз сейчас, когда Компания решила перевести нам деньги!

– Но мы же не виноваты…

– Ах, ну кого это сейчас волнует!

Домой Кире удалось добраться только к одиннадцати. Услышав, что входная дверь хлопнула, к ней тут же прибежала Маша.

– Ну, как ты? Чего домой не торопишься? ыыние? – прищурила она свои хитрые глаза.

Кира вздохнула поглубже и принялась рассказывать обо всем, что сегодня произошло.

– И, главное, Рускова эта так на меня накинулась, – Кира чуть не плакала от обиды. – Я понимаю, у нее такое горе, но есть же слова, которыми нельзя так запросто бросаться!

– Не обращай внимания. Найдется парнишка, вот увидишь. Он у вас самостоятельный, я помню, ты рассказывала. Может, к дружку какому-нибудь забрел, заигрался. Завтра утречком проснешься, а тебе звоночек – не беспокойтесь, Кира Сергеевна, нашлось наше сокровище, наши вам извинения.

Однако наутро никакого звоночка не было. Кира позвонила Татьяне, но та только на старушечий манер заголосила в трубку:

– Пропал наш Димочка-а-а, пропала наша ягодка-а-а, а и на кого же нас поки-и-иинул!..

– Татьяна, прекрати балаган! Парня искать надо, а она в трубку воет! – рассердилась Кира. – Ты лучше скажи, у тебя знакомых в милиции нет?

– Не-а, а тебе зачем? – напарница вмиг исправилась и перестала голосить.