В домике Юлька уселась на край раскладушки – та оглушительно заскрипела, спавший на ней Леха проснулся.

– Ты чего не спишь? – спросил он как-то по-домашнему мягко.

– Менты приехали.

– Да? Где? – Леха подскочил. – Где они? Куда приехали?

Не стесняясь присутствия Юльки, Леха-киллер голый выскочил из постели и подбежал к окну.

– Япона мать! А где джип?

– Полыхаев его увел.

– Полыхаев был здесь?

– Конечно! – Юлька отвечала спокойно и устало. – Поставил свои номера, новое стекло. А стал выезжать из ворот, тут менты как из-под земли выскочили, сцапали его. Вон он стоит, с ними объясняется.

– Ах ты, ядрена вошь! – Леха подскочил к своей разбросанной на полу одежде, стал торопливо одеваться. Юлька безразлично и устало следила за ним. – Блин, это они сейчас сюда припрутся, надо братву будить!

Леха полуодетый подскочил к столу, стал трясти Петровича за плечо.

– Вставай, хозяин, менты пришли!..

Тот поднял голову, посмотрел тупо, сказал:

– У, блин!.. Ну их всех на хрен!.. – и вновь уронил голову на стол.

Но Леха бесцеремонно вырвал из-под Петровича стул, тот с размаху шлепнулся на пол, взвыл от боли, яростно заматерился. Но Леха, не слушая потока проклятий из уст хозяина, двинул ему пинком под зад, заорал над ухом:

– Вставай, ты, дятел лысый! Сейчас менты по твою душу придут!

В углу завозился на куче тряпья Сашка, пробормотал спросонья:

– Ну, дайте же поспать, собаки хреновы!..

Юлька подошла к окну, глянула наружу. В воротах показались двое милиционеров, и Полыхаев, раздраженный и злой, между ними. Вся троица направлялась к домику.

– Тихо, они идут! – объявила Юлька. Леха тут же сник, устало опустился на стул.

– Ну, блин, влипли, – сказал он, качая головой.

– Не бойся, я автомат и фальшивые номера на склад убрала! – сказала Юлька.

– Да? – глаза Лехи блеснули. – Ну, это ты хорошо сделала.