Особняк, в котором проходила эта отчасти дружеская, отчасти официальная встреча, числился на балансе одной из фирм Асмодея.

Вначале, как водится, откушали чем бог послал. Ужин был накрыт на троих, крепкие напитки отсутствовали; участники трапезы, ввиду предстоящего серьезного разговора, решили ограничиться легким вином.

Спустя некоторое время, когда были соблюдены элементарные требования гостеприимства, все трое поднялись в расположенный на втором этаже коттеджа кабинет, где можно было спокойно, без помех, переговорить о насущных делах.

— Вначале два слова о совещании по наркобизнесу, которое проходило у нас в Душанбе на прошлой неделе. — Хошмухамедов, опустившись в одно из кожаных кресел, вначале посмотрел на Председателя, словно испрашивая у него «добро», затем перевел взгляд на номинального хозяина этого особняка, который, в свою очередь, немигающе уставился на него из-за дымчатых стекол очков. — Там присутствовал мой человек... Вы уже в курсе, господа, о чем там говорилось и какие были приняты решения?

— Ваша информация лишней не будет, — уклонился от прямого ответа Председатель. — Хотя, не скрою, мы отсюда тоже следим за событиями в вашем регионе.

Хошмухамедов задумчиво потеребил гладко выбритый подбородок, затем неторопливо, тщательно подбирая слова, стал излагать:

— Буду краток, господа... Совещание прошло по формуле «четыре плюс два». В нем приняли участие руководители соответствующих органов наших среднеазиатских республик, за исключением Туркменистана. От ваших там присутствовала довольно многочисленная делегация, включая министра внутренних дел и директора Федеральной погранслужбы... Американцев было четверо, их делегацию возглавлял первый заместитель главы ДЕА

Таджик уложился со своей информацией в пять минут. Он знал, что эти люди осведомлены в сфере своей компетенции не хуже его. Они ведь тоже получают информацию если и не от первых лиц, то от людей, находящихся в близком окружении руководителей российских спецслужб.