После нескольких мучительных минут родились такие строчки:

Стало чуть-чуть легче. Это был испытанный способ отвлечься – в минуты душевных страданий писать стихи.

А жизнь рядом со мной продолжалась: биноклем завладела Танюсик.

– Так-так-так, – быстро проговорила она, подсчитывая что-то в уме. – Мужчин и женщин почти поровну – тридцать три на двадцать девять в пользу мужчин. Значит, на дискотеках на нас будет особенный спрос! – удовлетворенно заключила она.

– Ну, половина из пассажиров вряд ли вообще появится на дискотеках, – резонно заметил Миша. – Например, вон те симпатичные старички. Да и из оставшейся половины половина отпадает, учитывая бегающих по палубе детишек. Так что остается…

– Одна четверть, – быстро сосчитала в уме Танюсик – по математике она была дока. – А это значит – не больше пятнадцати. Негусто!

– Кого это ты там подсчитываешь? – поинтересовался Брыкала, оторвавшись от GPS.

– Прекрасных Принцев, – объяснила Танюсик.

– Меня не забыла? – деловито осведомился Брыкала, приглаживая непокорный ежик волос.

– А как же! – сообщила подруга.

– А меня? – заволновался Миша.

– И тебя, – успокоила хоббита Танюсик.

– А в каком порядке? – не отставал Брыкала.

– По алфавиту, – хихикнула Танюсик.

– Значит, я первый! – радостно заорал Сеня.

Я безучастно наблюдала за друзьями, их оживление проходило мимо, не задевая.

Но тут народ повернулся к трапу – и ахнул так дружно, что даже я не смогла остаться равнодушной к происходящему.

На корабль взошел действительно Прекрасный Принц. Этот парень был настолько красив, что модели гламурных журналов могли отдыхать.