Раздался первый удар гонга – старый шаман Шэнь-ши стукнул камнем по гладкой медной тарелке. Але-Оро наклонился и закрыл глаза, концентрируясь, – учитель Акко учил после первого удара не смотреть на море, а сосредоточиваться, собирая силу и разбивая страх и неуверенность.

Второй удар – тело Але-Оро напряглось, как пружина. Еще мгновение – и он ринется вниз, но нет, торопиться нельзя, нужно сдержать рвущуюся из всех пор энергию, собрать ее в кулак, чтобы ударить точно в нужный момент, ни раньше ни позже. Преждевременный старт был равносилен проигрышу. И не только для него, а и для всего племени.

Старый вождь умер девять дней назад. Перед смертью он вызвал к себе обоих сыновей.

– Вы будете биться наравне со всеми, – сказал он, и сила его слов была, как всегда, велика, хотя на чеканное лицо уже легла печать смерти.

– Но отец! Это несправедливо! – вскричал Жинн-Данн. – Власть должен получить сын вождя!

– Если он победит в играх, – непреклонно заявил отец. – Так было, так есть и так будет всегда. Я сам, чтобы стать вождем, должен был сразить остальных претендентов. А ведь мой отец был простым пастухом.

– Но сейчас все изменилось! Старое уходит, сменяется новым. Посмотри, что делается вокруг! Все племена давно уже отменили дурацкие старые порядки. Ичиоги провели к себе на остров электричество и Интернет…

– …И превратились в сонных безмозглых мух!

– Алотермы разрешили построить на плато аэродром…

– …И лишились своих лучших земель!

– А у теракезов есть скоростная магистраль и новые автомобили! – Жинн-Данн был сторонником прогресса и даже тайком от отца почитывал газеты, которые раз в месяц привозил на остров торговец-контрабандист.

– Зато у них нет чистого воздуха и здоровья!

Блеснувшие гневом глаза вождя на миг прояснились, но тут же бессильно потухли.

– Я сказал, что хотел, – прошептал он сереющими губами. – И да сжалятся над нами боги…