– Покруче, чем в сауне, – вздохнул Сеня, вытирая мгновенно вспотевший лоб.

– У меня сейчас будет тепловой удар! Сашуля, помоги, – захныкала Танюсик, наваливаясь на меня всем весом.

Удушливая влажная жара была как в бабушкином парнике. А я, сгорбившись под весом Танюсика, ощущала себя огурчиком, на который навалили груду удобрений. Но почему-то мне было так хорошо, что я даже забыла, что жду эсэмэску с решением своей судьбы.

– Жвачка есть? – деловито осведомился Смыш.

– Пожевать захотелось? На, держи! – Танюсик вытащила из сумки начатую пачку «Орбита».

– Это все?

– Тебе что, мало? – фыркнула подруга.

– Если есть, сдавай все мне! – безапелляционно заявил Гарри (да, так мы его и называем: хоббитом, Фродо, Гарри Поттером и Атосом из «Трех мушкетеров», ну и именами всех широко известных сыщиков).

– Ишь, разбежался! – Танюсик скорчила недовольную гримаску. – А не слипнется?

– К твоему сведению, жевать в Сингапуре строго запрещается! – назидательно сообщил Миша.

– Как! Вообще? – не поверили мы.

– Вообще. И везде. И привозить с собой жевательную резинку тоже категорически запрещено! – сказал Гарри и выкинул всю нашу жвачку в ближайшую урну.

– Зачем! Что ты наделал! – всполошились мы, но было поздно.

– Сэкономил вам по паре тысяч долларов, – сообщил Миша. – Именно такой штраф вам грозил, если бы у вас нашли хоть одну подушечку. Или если бы я промахнулся мимо урны!

– А ты не врешь? – недоверчиво посмотрел на приятеля Сеня.

– Не веришь – проверь! – усмехнулся Миша, кивая на урну. – Она пока еще не растаяла! Вытащи и походи около полицейского!

Пока парни перетирали насчет жвачки, мы с Танюсиком рассматривали прохожих. Нас ждало полное разочарование: сингапурские фасоны ничем не отличались от московских.