— Что вы! — поспешно возразил Цзя Юйцунь. — Ведь это стихи древних. За что же меня хвалить? — И, сказав так, спросил у Чжэнь Шииня: — Что привело вас сюда, почтенный друг?
— Сегодня ночью — праздник Середины осени, или, как говорят в народе, «праздник Круглой луны», — ответил Чжэнь Шиинь. — Вы тут в своей келье, наверное, скучаете, уважаемый брат, поэтому позвольте пригласить вас в мое убогое жилище на угощение. Надеюсь, вы не откажетесь?
— Да разве посмею я отказаться от подобной чести?! — с улыбкой произнес Цзя Юйцунь.
В доме у Чжэнь Шииня они сначала выпили чаю, после чего подали вина и всевозможные яства. Нечего и говорить, что вина были отменные, а яства — самые изысканные.
Друзья не спеша пили, все чаще наполняя кубки и ведя оживленную беседу.
В соседних домах тоже веселились, отовсюду неслись звуки свирелей, флейт и дудок, в каждом дворе играли и пели.
На небосклон выплыла и застыла, окруженная сиянием, луна. При ее ярком свете беседа друзей потекла еще непринужденнее. Вскоре Цзя Юйцунь захмелел и, охваченный безудержным весельем, прочел, обращаясь к луне, такие стихи:
Цзя Юйцунь осушил кубок, наполненный Чжэнь Шиинем, и со вздохом произнес:
— Не подумайте, что я болтаю спьяна! Но по своим знаниям я вполне достоин быть среди экзаменующихся в столице! Только перепиской бумаг не скопить денег на поездку и дорожные расходы.
— Почему, брат мой, вы раньше об этом не сказали? — перебил его Чжэнь Шиинь. — Я давно хочу вам помочь, но все не представлялось случая завести об этом речь. Талантами, признаться, я не обладаю, но мне известно, что такое справедливость и благодеяние. В будущем году в столице состоятся экзамены. Вам надо срочно туда отправиться и непременно добиться успеха, иначе все ваши труды пропадут даром. Дорожные расходы я беру на себя — может быть, хоть этим отблагодарю судьбу за дружбу с вами, которой недостоин.