– Так и скажу, – пообещала старуха.
Сижэнь напоила Лю чаем, хмель понемногу стал проходить, и старуха спросила:
– В чьей спальне я была? Как там красиво! Словно в раю!
– В чьей спальне? – улыбнулась Сижэнь. – Господина Баоюя!
Старуха прямо-таки онемела от страха. Сижэнь отвела ее к остальным и сказала:
– Я ее нашла на лужайке.
Никто ни о чем не спрашивал, на том все и кончилось.
Как только проснулась матушка Цзя, отдыхавшая в деревушке Благоухающего риса, подали ужин. Но матушка Цзя есть не стала, ей нездоровилось. Она села в небольшой, наподобие кресла, паланкин и отправилась домой. Девушки ее проводили и вернулись в сад.
Если вам интересно узнать, что произошло дальше, прочтите следующую главу.
Глава сорок вторая
Царевна Душистых трав благоуханными словами рассеивает подозрения;Фея реки Сяосян утонченными шутками досказывает недосказанноеИтак, матушка Цзя вернулась к себе, ушла и госпожа Ван, а сестры сели ужинать.
Старуха Лю с внуком подошла к Фэнцзе и сказала:
– Завтра утром я должна возвратиться домой. За эти три дня я столько всего повидала и услыхала, столько кушаний разных отведала, сколько за всю мою жизнь мне не пришлось. Теперь я знаю, что и сама госпожа, и все барышни, и их служанки жалеют бедных, заботятся о старых! Подарите мне немного благовоний, и каждый день я буду их возжигать и молиться Будде, чтобы послал вам долгую жизнь! Хоть этим я вас отблагодарю за все ваши милости!
– Не очень-то радуйся, – с улыбкой прервала ее Фэнцзе. – Ведь это из-за тебя старую госпожу продуло и она болеет. И Дацзе моя простудилась, жар у нее.
– Лет госпоже немало, и она быстро устает! – вздохнула старуха Лю.
– Зато как она веселилась вчера, – заметила Фэнцзе. – А то, бывало, придет в сад, погуляет немного и уходит. Ведь это ради тебя она устроила большое гулянье – чуть не весь сад обошла. Потом ты вдруг куда-то исчезла, и, пока я ходила тебя искать, госпожа Ван дала Дацзе пирожного, та съела его прямо на ветру и простудилась.