Доктор поклонился и вышел. Цзя Чжэнь возвратился к матушке Цзя, передал ей, что сказал доктор, оставил рецепт и вышел.

Сразу после ухода доктора госпожа Ван, Ли Вань, Фэнцзе и Баочай вышли из-за полога. Госпожа Ван посидела немного возле матушки Цзя, а затем удалилась к себе. Только теперь старуха Лю могла попрощаться с матушкой Цзя.

– Приходи, когда будет время, – сказала ей матушка Цзя и обратилась к Юаньян:

– Проводи как полагается бабушку Лю! Сама я не могу, плохо себя чувствую.

Старуха Лю поблагодарила матушку Цая, попрощалась и вместе с Юаньян вышла. Когда они спустились в прихожую, Юаньян произнесла, указывая пальцем на сверток:

– Здесь платья, их дарит тебе старая госпожа. Хочешь – носи сама, не хочешь – отдай кому-нибудь. Они совсем новые, ненадеванные. В чашке фрукты, запеченные в тесте, которые ты не успела попробовать. В пакете – лекарства – тычинки сливы, мазь от нарывов, пилюли, «сохраняющие жизнь», и рецепты. А в этих двух свертках безделушки.

Затем Юаньян вынула из кошелька два слитка серебра, один прямой, как кисть для письма, другой кривой, как жезл «исполнения желаний» – жуи, показала старухе и улыбнулась:

– Кошелек возьми себе, а серебро оставь мне!

Радость старухи не знала границ. Она то и дело поминала Будду и не раздумывая воскликнула:

– Ну конечно, барышня, оставьте себе!

Юаньян рассмешило, что старуха ее слова приняла всерьез. Она положила серебро в кошелек и промолвила:

– Я пошутила. У меня серебра хватает. Возьми эти слитки, в конце года подаришь детям.

Пока они разговаривали, девочка-служанка принесла для старухи Лю чашку из фарфора Чэнхуа.

– Это вам от второго господина Баоюя, – сказала служанка.

– Что же это?! – вскричала старуха. – В каком перевоплощении я заслужила подобное счастье?!

Она приняла чашку, а Юаньян продолжала:

– Когда ты искупалась, я дала тебе надеть свое платье. Если не побрезгуешь, подарю еще несколько.