Я повторил заказ, чувствуя, как холодный и влажный воздух пронизывает меня до костей.

— Очень может быть, что у нее было прошлое, — внезапно сказал Родинов. — Вы должны проверить это, лейтенант.

— Постараюсь, — сказал я. — Не будь погода в последние три недели столь благоприятна для дела, такой человек, как вы, наверное, нашел бы минутку, чтобы поговорить с девушкой и узнать тайны ее жизни.

— Я совершенно не могу отвлекаться на пустяки, когда дела идут так хорошо! — жалобно запротестовал он.

Десять минут спустя мы вернулись в «Тихую гавань».

Блондинка, видимо, не последовала совету Родинова.

Ей явно не хватало гемоглобина.

Не задерживаясь в бюро, мы поднялись по лестнице на второй этаж, прошли по коридору и остановились перед закрытой дверью.

— Извините, одну минутку, — сказал он, открыл дверь и заглянул в комнату. — Все в порядке, вы можете войти, не занято.

Я без особой охоты последовал за ним. Мои ноздри наполнил тяжелый, сладковатый запах гвоздичных духов. В комнате стояли две урны для праха и несколько пустых цветочных ваз. В глубине комнаты раскинулась широченная софа.

— Это «Комната покоя», — объяснил Родинов.

— Если бы я не знал о вашей работе, я сказал бы, что это самый шикарный сексодром, который я когда-либо видел!

Он соединил подушечки пальцев обеих рук, и голос его стал елейным.

— Неподходящее место для шуток, лейтенант. Мы в экспозиционном зале. — Он показал на софу. — Здесь располагаются покойники, прежде чем их положат в гроб. Многие родственники хотят проверить сделанную для них работу. В бизнесе со всякими людьми встречаешься, лейтенант.

— Кому вы это говорите! — сказал я и вытер холодный пот со лба, спрашивая себя, видна ли «гусиная кожа» на расстоянии. Если да, то моему престижу явно Нанесен урон.

Он подошел к софе, сел и снял трубку с телефона, стоящего на маленьком столике у изголовья.