Этот вопль резанул по ушам. Их заметили.

– Держись, Митяй! Ну, еще немного!

– Не уйдут, суки!

Сейчас их догонят, и все кончится. Родион подхватил раненого друга и бросился в подворотню. Он даже не оглядывался, не имело смысла. Смерть леденящим ветром дула в спину и гнала их вперед, подобно раздутым парусам. Они вбежали во двор и рванулись в первый попавшийся подъезд. К счастью, во многих домах старой Москвы не очень заботились о кодовых замках. Дверь подъезда распахнулась, они ворвались вовнутрь и тут же упали, споткнувшись о ступени.

– Наверх, браток, наверх! – бубнил Родион.

– Мы в ловушке, Родька. Это конец!

– Только не говори мне, что на улице – начало.

Он поднял приятеля на ноги и, подталкивая его в спину, повел к тупиковой отметке на последнем этаже.

Четверо молодых парней вбежали во двор. Озлобленные, разгоряченные, они искали в темных углах двора добычу.

– Они здесь! Из этого колодца нет другого выхода. Им крышка! – заявил высокий блондин.

В подтверждение его слов ветер захлопнул дверь одного из подъездов.

Блондин указал пальцем на слабо освещенное крыльцо.

– Теперь мы можем не торопиться. Осторожно, мальчики, раненый зверь страшнее прикормленного. Не нарвитесь на капкан.

Они двинулись к парадному. Когда внизу хлопнула дверь, беглецы добрались до второго этажа. Оба вздрогнули.

– А вот и птичка вылетела! – простонал Митяй. – Сфотографированы. Снимочек готов для надгробного камня. Дальше я не пойду. Хватит.

Но Родион сдаваться не собирался. Вряд ли он сумеет выиграть бой с преследователями, скорее всего, ни о каком бое и речи быть не может, но идти на поводу у безысходности хуже, чем прыгать в бездонную пропасть. Он оттолкнулся от перил, шагнул к двери и позвонил в квартиру. Повезло им или нет, сказать трудно. А если и повезло, то только в том, что в этой квартире не спали, а точнее, не все спали. Тринадцатилетняя Катя тоже воевала. Воевала с восьмилетним братом, который в свою очередь воевал с чудовищами на компьютерном экране. Она была хозяйкой в доме. Отец, как частенько случалось, отсутствовал, а пьяная мать похрапывала на кровати в спальне. Для Кешки Катька не была авторитетом. Все ее потуги уложить брата в постель ни к чему не приводили. И вообще, по его мнению, хозяином в доме должен быть мужчина, а возраст никакого значения не имеет.