— Я не хочу, чтобы вы делали так, Джордж. Это нелепо и не нравится мне.

— Нелепо? — проговорил он, запинаясь. Джордж был обижен, его уверенность в себе уменьшилась. Он был симпатичным молодым человеком, высоким, широкоплечим, с румянцем на щеках. Когда он вступил в 27-ой Уланский полк, он был таким гордым и высокомерным в своем новеньком мундире. Но теперь, хотя физически он не пострадал, его длинное тело приобрело неуклюжий вид, выражение его глаз слишком быстро менялось от неуверенности и обиды до чрезмерного возбуждения. Его действия тоже были непредсказуемы. Он в полночь мог потребовать, чтобы конюх оседлал его лошадь лишь затем, чтобы проскакать взад-вперед но пустоши; он мог часами бродить ночью по дому, тихо обращаясь к тем, кто еще не спит, чтобы они поговорили с ним.

Все врачи говорили, что для него важен длительный период отдыха и спокойствия. После этого он будет способен вести нормальную жизнь, может быть, не слишком напряженную. Его военная карьера, разумеется, была окончена. Но не было никаких причин, которые могли бы помешать ему впоследствии жениться.

— Джордж! — Это был голос его матери с нижней части лестницы. Он был резким. Хотя она обращалась к Джорджу, резкость предназначалась Фанни. Ей была неприятна привязанность сына к Фанни, и она винила в этом девушку. Она полагала, что было достаточно легко охладить рвение молодого человека, если только захотеть. Очевидно, Фанни не хотела этого. Так или иначе Джордж для любой охотницы за мужьями был выгодной партией.

— Джордж, Томкинс прогуливается взад и вперед с вашей лошадью уже полчаса. Он сказал, что вы велели подать ее к одиннадцати. Не заставляйте бедное животное ждать еще больше.

— О Боже, я забыл. — Джордж вмиг стал смущенным школьником, а страстный влюбленный исчез, словно его и не было. — Хорошо, до свидания, Фанни. Желаю приятно провести время. Не задерживайтесь, слишком долго. Нам будет не хватать вас.

Что же, может быть, она последний раз видит его! Сознание этого охватило Фанни, заставив ее забыть недавно появившиеся беспокойные привычки и помнить только то, что он всегда считался ее братом.