Ограбление, месть, ссора, сведение счетов что-то не поделивших между собой компаньонов?… Версии, предложенные капитаном Пошкурлатом и старшим лейтенантом Тимошкиным, никак не могли удовлетворить майора, хотя в чем-то каждый из них был, наверно, прав. Знать бы, в чем именно…
В начале десятого в кабинет Голикова зашел Пошкурлат.
– Чем порадовала служба ГАИ? – не скрывая нетерпения, спросил майор.
Пошкурлат раскрыл записную книжку.
– В интересующий нас промежуток времени такси ни в одном направлении не проезжало. Полосухин утверждает, что последняя автомашина такси выехала из Верхнеозерска сразу после спортивного выпуска радиопрограммы «Маяк», то есть примерно в 23 часа 10 минут.
– Очень любопытно. От поста ГАИ до места преступления двадцать пять, от силы тридцать минут езды. Согласно заключению экспертизы, Моисеев был убит между 0 часов 50 минут и 1 часом 50 минут. Если допустить, что в 23.10 Полосухин видел машину Моисеева, то у нас где-то теряется минимум час времени. Вы обратили внимание на эту неувязку, Анатолий Петрович?
Не подав виду, что вопрос майора застал его врасплох, Пошкурлат ответил:
– Лично я в этом ничего странного не нахожу. Машина могла обломаться за городом, и Моисееву потребовалось какое-то время, чтобы устранить неисправность. Возможно и другое: Полосухин мог отвлечься и не заметить такси.
– Может быть, может быть, – неохотно согласился Голиков. – А что удалось выяснить по поводу «Жигулей»?
– Инспектор помнит, что около двух часов ночи город въезжали две машины: белая или светло-серая «Победа» и «Жигули». Цвет «Жигулей» синий, хотя твердой уверенности в этом у него нет. Первой проехала «Победа».
– Младшему лейтенанту в наблюдательности не откажешь, удовлетворенно кивнул Голиков. – Светлая «Победа» – это не иголка в стогу сена. Таких машин в Верхнеозерске мало. С помощью ГАИ постарайтесь найти владельца «Победы», так как не исключено, что он видел интересующие нас машины.
После ухода Пошкурлата Голиков зашел к начальнику управления полковнику Коваленко и кратко проинформировал его о принятых мерах. В момент совершения преступления Николай Дмитриевич находился на отдыхе в пансионате под Киевом. Получив сообщение о происшедшем, он немедленно вылетел в Верхнеозерск.