Затем я обернулся, снова взглянул в его сторону, вернулся назад и наклонился к нему. Так и есть. Не дышит. Пульса нет. Похоже, этот свое уже отгулял.

Где-то поблизости раздался радостный вопль. С того места, где я сидел, опустившись на корточки, мне был виден небольшой участок водной глади бассейна и бортик, выложенный голубым кафелем. Взглянув в ту сторону, я увидел голого господина, преследовавшего нырнувшую в воду рыжеволосую фигуристую девицу. Высокий, могучего телосложения смуглый мужчина с густой копной вьющихся черных волос на голове наклонился, поднимая с земли красно-зеленый надувной мяч. Дождавшись, когда девица подплывет к бортику, он издал ещё один восторженный вопль и с размаху запустил мячиком ей в голову. После чего прыгнул в воду сам. Его подруга вылезла из воды и пустилась наутек. Он тоже выбрался из бассейна и бросился её догонять.

Мертвец лежал ногами в дорожке, по которой я только что шел, его голова и плечи были наполовину скрыты под клонящимися к земле ветками кустов. Большое белое полотенце валялось рядом. Я прошел вдоль трупа, желая взглянуть на голову покойника. У него были темные волнистые волосы, но у основания черепа красовалась заметная вмятина. Ну да, конечно, это основание черепа. Кровь там тоже была.

Я вышел обратно на дорожку и продолжил свой путь в сторону дома, раздумывая о том, уж не поэтому ли поводу мистер Холстед вызвал меня сюда. Данный вывод показался мне довольно логичным. Для начала. Подумать только, всего каких-то полчаса назад я сидел у себя в квартире, снимаемой мной в “Спартан-Апартмент-отель”, расслабляясь за стаканчиком бурбона с содовой и умиротворенно наблюдая, как в огромном аквариуме резвятся тропические рыбки, когда позвонил Холстед. Представившись, он тут же понизил голос, спросив, не смогу ли я как можно скорее подъехать к нему домой по одному “делу не терпящему отлагательств”. Но ни словом не обмолвился о том, чем вызвана подобная спешка, заметив лишь, что “вопрос весьма деликантый”.