— Я хочу еще раз заглянуть в квартиру Игоря, — заявила она.
Все послушно поднялись следом за ней.
— Игорь был человеком рассеянным? — спросила Мариша у Лены. — Мог он уйти и оставить дверь открытой?
— Ни за что в жизни, — возразила Лена.
— А оставить разбросанной одежду и книги?
— Нет, — немного подумав, сказала Лена. — Игорь, он аккуратный до ужаса.
Мариша прошла в комнату и принялась изучать подозрительные пятна на паркете. Да, они могли быть пятнами крови, но в равной степени это могли быть и какие-то другие пятна вполне невинного происхождения.
Бить тревогу раньше времени Марише не хотелось.
К несчастью, за этим занятием ее застукала Лена.
Она все поняла и снова забилась в истерике. Никакие увещевания на Лену не действовали. Она рыдала и уверяла, что Игорь мертв и она это чувствует. Уже даже не одним сердцем, а прямо всем телом. И ей холодно. Мариша запихнула рыдающую подругу в машину и повезла ее домой. Как только Лена поняла, куда он едут, она снова завыла.
— Нет, только не домой! Не могу быть там. Хочу на работу. Хочу быть среди людей. Одна я рехнусь.
— Не валяй дурака, — посоветовала ей Мариша. — Игорь может тебе позвонить. А я побуду с тобой, чтобы тебе не было скучно.
Они высадили Ольгу Семеновну возле станции Девяткино. Она поехала к себе в Бугры, а Мариша повезла Лену к ней домой, дожидаться звонка Игоря. Первый сюрприз поджидал девушек возле дома Лены. Углядела его Мариша. Все-таки недаром она восхищалась порой собственной проницательностью и чутьем. Куда там Лене с ее предчувствиями.
— Смотри, какая развалюха, — сказала Мариша, указывая на действительно смешную колымагу, желая немного развеселить или хотя бы отвлечь подругу.
Неожиданно Лена подпрыгнула на месте, словно от радости, и кинулась к ржавой «копейке», у которой спереди была прицеплена лебедка от джипа. Все части «копейки» были соединены между собой самым причудливым образом. Иногда даже с помощью скотча. Например, фары были точно им подклеены. На взгляд Мариши, это свидетельствовало о выдумке и смекалке владельца машины, хотя выглядело пакостно. Но Лена выплясывала круги возле этой груды ржавого железа с таким радостным видом, словно ничего приятней ей в жизни видеть не приходилось.