прибралась, привела себя в порядок, перекусила бутербродами, а также пообщалась по телефону с целой кучей народу, начиная от родителей — мама преподает английский и немецкий в одной из московских школ, отец занимает должность замдиректора крупного военного института — и заканчивая менеджером российской версии канала «Евроньюс», который сообщил ей о наличии свободной вакансии в «русской редакции» и агитировал ее, чтобы она все бросила и отправилась — для начала — на годик поработать во французский Лион.

Самым первым, кстати, буквально сразу же вслед за Ураловым на ее сотовый прозвонил Вован Маркелов.

И с некоторым запозданием Зеленская наконец узнала о случившемся: минувшей ночью Соединенные Штаты начали свою войну против Ирака.

Встреча Зеленской была назначена известным телеведущим в оформленном в русском стиле ресторане «Сударь», что на Кутузовском проспекте. В холле работал телевизор, к которому прикипели, слушая последние новости из Багдада, швейцар и еще трое или четверо каких-то мужичков (среди них, возможно, затесался и человек, обеспечивающий безопасность столь колючей и неудобной для некоторых «бугров» персон, как Андрей Уралов). Но в самом зале, слава богу, телеящик, этот постоянный источник паршивых новостей, отсутствовал, да и людей было раз-два и обчелся.

Уралов был уже на месте. Он занимал отдельный столик в углу зала, сервированный на двоих. При ее появлении мэтр встал. Они деловито обменялись рукопожатием (Анна не выносила культивируемой среди московской тусовки привычки расцеловываться при встрече с каждым встречным-поперечным; по большей части это были неискренние, фальшивые эмоции, а иногда можно было нарваться и на иудины поцелуи). Знакомы они были если и не сто лет, то довольно давно, еще с той поры, когда Зеленская, доучиваясь на последнем курсе журфака МГУ, уже фактически состояла в штате корреспондентского корпуса «четвер той» кнопки, контролируемой столичными властями.

Они уселись за столик.