Мими вновь положила ладонь мне на руку.

– Она поломала мою жизнь с Клайдом. Естественно, я ненавидела ее – тогда, – но это было так давно. В пятницу, когда я пошла к ней, я не держала против нее зла. К тому же, Ник, я видела, как она умирала. Она не заслуживала смерти. Это было ужасно. Неважно, какие чувства я испытывала раньше: сейчас кроме жалости ничего не осталось. Я сказала «бедняжка Джулия» от чистого сердца.

– Мне непонятно, что ты затеваешь. Мне вообще непонятно, что вы все затеваете.

– "Мы все", – повторила она. – А что, Дороти пыталась...

Из спальни вышла Дороти.

– Я все уладила. – Она чмокнула мать в губы и уселась рядом с ней.

Мими, смотря в зеркальце, чтобы выяснить не размазалась ли у нее на губах помада, спросила:

– Она сильно бурчала по этому поводу?

– Нет, я все уладила. А что нужно сделать, чтобы заполучить чего-нибудь выпить?

– Нужно подойти вон к тому столику, где стоят бутылки и лед, и налить себе чего-нибудь, – сказал я.

– Ты слишком много пьешь, – ответила Мими.

– Но ведь не так же много, как Ник. – Дороти направилась к столику.

Мими покачала головой.

– Ох, уж эти дети! Так значит, ты очень хорошо относился к Джулии Вулф, верно?

– Вам налить, Ник? – спросила Дороти.

– Спасибо, – сказал я и добавил, обращаясь к Мими: – Я относился к ней достаточно неплохо.

– Ты чертовски скользкий человек, – пожаловалась она. – Скажи, например, тебе она нравилась так же, как и я?

– Ты имеешь в виду те два-три раза, когда мы скоротали по паре часов в обществе друг друга?

Смех ее звучал неподдельно.

– Вот это достойный ответ!

Она повернулась к Дороти, направлявшейся к нам со стаканами.

– Надо будет купить тебе голубой халат именно такого оттенка. Он очень тебе идет.

Я взял у Дороти один из стаканов и сказал, что мне пора одеваться.

VII