- Не учи ученого, - огрызнулась матрона, тяжело дыша, - я ведь говорила, что нам лучше подождать его в Париже.

Брючный костюм темного цвета не только не скрывал полноту пятидесятилетней матроны, но, напротив, подчеркивал все недостатки ее расплывшейся фигуры. Дочь мало чем походила на мать - как фигурой, так и лицом, - длинный, несколько непропорциональный нос и большие печальные глаза. Девушка постоянно оглядывалась на мать, словно боясь опоздать на поезд.

- Нужно было держаться всей группы, - бормотала девушка, пробираясь вперед, - кажется, они впереди.

- Слава богу, - обрадовалась мать, - значит, все в порядке.

От начала очереди к ним пробивался молодой человек, облаченный в модный бежевый костюм с тремя пуговицами. У него были светлые волосы, чуть выступающий вперед подбородок, голубые глаза. Если бы не острый подбородок, его смело можно было принять за актера на роль главного героя в какой-нибудь романтической ленте.

- Андрюша, - обрадовалась мать, - как хорошо, что мы вас нашли.

Это, очевидно, Андрей Кунин, понял Дронго.

- Еще есть время, - сказал Кунин, взглянув на часы, - вы захватили все свои вещи?

- Конечно. У нас еще этот предмет.

- Да, я знаю. Но здесь такая же проверка, как в аэропорту. Они боятся террористов, боятся возможности взрыва в Евротоннеле.

- А муж говорил мне, что на поездах не проверяют.

- На обычных поездах. Но в Евротоннеле особая проверка. Надо сдать багаж вместе со всей группой. Тогда чемоданы уйдут со всем грузом, их не будут проверять отдельно.

- Да, да, конечно. Сделаем, как вы рекомендуете. А когда багаж принесут, вот эту большую сумку попросите внести в вагон. Там есть некоторые личные вещи. Вы меня понимаете, Андрюша, вот эту сумку.

- Все сделаем, Зинаида Михайловна, - заверил ее Кунин.