- Что означает этот шум? - строго спросил Джое, откладывая газету в сторону.

- Мы хотим переночевать у тебя, - ухмыльнулся Филипп. - Ты можешь относиться к нам, как к мертвецам.

Джое поднялся. Его полное лицо покраснело от ярости.

- Ты пьян, как портовая шлюха, - прорычал он, обращаясь к Филиппу. Советую вам сейчас же убраться отсюда. Здесь неподходящее место для дурацких шуток.

Шофер двинулся было к двери, но Филипп удержал его.

- Скажи мне, Джое, - вкрадчиво спросил он, - кто была та красивая пичужка, с которой ты веселился вчера вечером? Глаза Джое округлились.

- Что еще за пичужка? Ты меня ни с кем не мог видеть. Филипп прямо-таки расплылся в нахальной ухмылке.

- Не валяй дурака, старик! У этой красотки такая грудь, что можно закачаться, а к ней в придачу такие ножки, что невольно замедляешь шаг, чтобы на них полюбоваться. Черт возьми, Джое, где ты ее подцепил?

Он повернулся к своим компаньонам.

- Вы никогда, готов поклясться, не видели ничего подобного. Когда я думаю, что у этого развратного типа дома сидит бедная жена, а он в это время шатается с такими красотками, говорю вам, - это меня убивает.

Джое открыл дверцу перегородки.

- Ладно, твоя взяла, - устало проговорил он. - Проходите. Все это проклятое вранье и ты, Филипп, сам об этом прекрасно знаешь, но мне не хочется рисковать. Моей старухе доставила бы слишком большое удовольствие такая история.

Филипп победно улыбнулся.

- Пошли, парни! - весело пригласил он.

Таксист и Франклин, следуя за ним, стали спускаться по широкой мраморной лестнице. Когда они оказались внизу, на них пахнул запах тления и формалина. Филипп открыл тяжелую стальную дверь, и запах усилился. Они вошли в просторный зал. После удушающей жары раскаленного города переход в атмосферу морга показался им слишком резким.

- Б-р-р, - поежился Франклин. - Кажется я покрываюсь инеем...