Интересно, сколько же все-таки сейчас времени? Не хотелось бы будить хозяйку слишком рано. Впрочем, ему же все равно надо сказать ей, что он сегодня съезжает, рассчитаться с ней. Он поднял руку и несмело постучался в дверь.

– Кто там? – услышал он голос.

Отлично, она не спит.

– Это я, мистер Брум, – отозвался он.

– Одну минутку, мистер Брум, – попросила хозяйка.

Он подождал, пока она подойдет к двери. Где-то этажом выше побежала вода. Наконец дверь открылась.

– Доброе утро, – поприветствовал он.

– Доброе утро, мистер Брум, – ответила хозяйка.

Дауэрти – вот как её зовут. Теперь он вспомнил: Агнес Дауэрти.

– Надеюсь, я не разбудил вас, миссис Дауэрти? – справился он.

– Нет-нет, я уже как раз завтракала, – успокоила она его.

Это была щуплая женщина, одетая в выцветший халат с рисунком из примул. На голове у неё были бигуди. Она напомнила ему мать, такую же маленькую и худенькую. «Сама удивляюсь, как я могла родить такого форменного жеребчика», – говаривает мать. Звучит это действительно комично: он – такой огромный, а она – такая маленькая.

– Что вам угодно, мистер Брум?

– Да я сегодня съезжаю от вас, вот и...

– О, так скоро?

– Все, я закончил свои дела здесь, поэтому...

– А с чем вы были у нас, мистер Брум? Заходите, выпьем кофейку, заходите.

– Да я, мэм...

– Заходите, заходите, – весело и добродушно пригласила она его, и он разглядел, что эта миниатюрная женщина очень симпатичная.

– О'кей, – согласился он. – Но только потому, что мне все равно надо зайти к вам рассчитаться.

Он вошел в её квартиру, и она закрыла за ним дверь. Квартира была просто вылизана. В ней тоже ощущался запах дезинфицирующего вещества, что он воспринимал как признак чистоты в доме. В кухне линолеум был вычищен так тщательно, что кое-где образовались протертости до дерева – так и дерево было выскоблено добела. Стол на кухне покрывала чистенькая клеенка с изображениями морских ракушек.