– Что случилось? Что?!! – заорал громила, гневно раздувая ноздри широкого приплюснутого носа.

– Мы... Он... Захрипел. Потом затих... Что с ним?

– Что, что?! Склеился... Что ты с ним сделала, тварь? – заорал на нее верзила с гамадриловским профилем лица.

– Ничего... Мы... Он... Я на нем... – в панике схватилась за голову Лайма.

– Что, ты на нем? Затрахала его до смерти?

– Ну, я же не знала, что у него сердце...

– Сердце у всех есть, – успокаиваясь, сказал громила с расплющенным носом. – Но не у всех здоровое... Нельзя так на мужиках ездить, сука!

– Я... Я же не знала...

– Что будем делать, Ренат? – спросил один телохранитель у другого.

– Что-что... Это же курам на смех, если узнают, что Станиславыч с проституткой склеился...

– Мертвые сраму не имут.

– Ага, это ты Михайловне скажешь... Вот визгу будет, когда она узнает, как муженек время проводил...

– Визгу не визгу, а звонить надо. Пусть она решает, что делать...

Ренат вынул из кармана сотовый телефон, вышел на кухню. Вернулся минут через десять, красный как рак. Лайма к этому времени успела одеться.

– Припадок у нее был, – обращаясь к напарнику, сказал он. – Пока успокоилась... Говорит, чтоб никаких проституток. Пусть убирается...

– Ну, так что, я пойду? – обрадовалась девушка.

– Куда?

– Ну, сам же сказал убираться. Да я и сама понимаю, что лишняя здесь.

– Лишняя, не лишняя, а деньги взяла, – нахмурился Ренат.

– Это мои деньги! Я их честно заработала! – Лайма судорожно прижала сумочку к груди.