2
Киреевский являлся помощником депутата, который возглавлял Комитет по национальной безопасности в Госдуме. Днем он находился в его кабинете, когда факс отстучал экстренное сообщение "Сегодня в половине шестого утра в поселке Тайнинское был произведен взрыв памятника Николаю II. Версии и факты проверяются..."
- Провокация чистейшей воды, - заметил кто-то из присутствующих. Будут валить на коммунистов. Наверняка выищется какая-нибудь подпольная красная бригада мстителей, которая всю ответственность возьмет на себя. Бред!
- Война монументов в самом разгаре, - сказал Киреевский. - Мавзолей против Петра I, Дзержинский - в кулачном бою с Николаем вторым. Жаль, это было хороший памятник. Надо позвонить Клыкову.
- Императора убивают третий раз, - произнес хозяин кабинета. - Сначала иудейский комиссар Юровский из своего личного нагана, по заказу хозяев. Потом - свердловский боров, взорвав Ипатьевский особняк. Теперь - снова, и опять на рассвете.
- И заказчики у всех одни и те же, - добавил Киреевский. Он хорошо помнил тот майский день прошлого года, когда открывали монумент последнему русскому царю-мученику. Было необычно светло и по праздничному торжественно, хотя где-то неподалеку каркали слетевшиеся вороны. Присутствовали представители Думы, исполнительной власти, монархических и патриотических организаций. Некоторые из них входили в Русский Орден и хорошо знали друг друга. Была тут и затесавшаяся каким-то инородным телом супруга Президента со своей свитой, чье лицо с натянутой застывшей улыбкой ничего не выражало. Телевизионщики и журналисты суетились, крикливо обмениваясь шутками, - ждали, когда спадет покрывало: их самодовольные, сытые физиономии также не смогли проникнуться благостью момента.