К своему великому стыду Малко вынужден был признать, что не читал маленькую красную книжицу, написанную Мао.

- Но ведь вы же не капиталист? - с нотками ужаса и надежды в голосе спросила По Йик.

Малко поклялся, что он всего лишь бедный служащий, нещадно эксплуатируемый своим бесчеловечным начальником, что, впрочем, было почти правдой и несколько успокоило девушку.

- А ваша страна дружественна к нашей стране? - подозрительно спросила она.

На утвердительный ответ Малко и его заверения в том, что Австрия никогда не имела агрессивных намерений по отношению к Китаю, По Йик достала из сумочки ручку и быстро набросала на листочке несколько китайских иероглифов.

- Это стихотворение в честь желанных гостей из-за рубежа, - объяснила она.

Тронутый до глубины души, Малко поблагодарил ее, и они занялись переводом. Длинные черные волосы По Йик касались лица склонившегося над скучным текстом Малко и приятно щекотали ему ухо. По Йик была довольно высокой для китаянки девочкой с длинными ногами и крошечной грудью. Настоящая маленькая Лолита!

Выполнив задание, По Йик, будто смутившись, вдруг резко поднялась с дивана.

- Мне нужно идти.

- Мне тоже. Идемте вместе.

Было самое время ехать в аэропорт встречать Ченг Чанга.

- Зачем вы приехали в Гонконг? - робко спросила По Йик, складывая тетрадки.

Глаза китаянки возбужденно заблестели, когда Малко объяснил ей, что он приехал выбрать место для съемок фильма.

- Вы пригласите меня, когда начнете снимать свой фильм?

- Конечно, - пообещал Малко в надежде, что это случится не скоро...

Забыв о том, что она спешит. По Йик набросилась на Малко с вопросами о Голливуде, о фильмах, об актерах. Она знала новости кино столь же хорошо, как и учение Мао, правда, отдавая предпочтение Стиву Маккуину.

- Я спрятала его фотографию в своих тетрадках. Моя мама была бы очень рассерженна, если бы узнала, что мне нравится актер из капиталистической страны. Все члены нашей семьи - настоящие коммунисты. Я очень восхищаюсь генеральным секретарем Мао, - быстро добавила она с серьезным выражением лица.