Несмотря на прекрасный вид, открывающийся из огромного окна, Холи никак не удавалось обрести душевный покой. Он не мог не думать о Ченг Чанге, своем старом добром товарище - не слишком умном, не слишком заметном, но зато верном. В добрых глазах Холи выступили слезы. Как и многие китайцы, чтущие традиции предков, он твердо верил, что душа мертвого не может обрести покой, пока его тело не будет похоронено в родной земле. Это было бы последней услугой, которую он мог оказать бедняге Ченг Чангу, родившемуся, как и он, в пригороде Чунг Кинга. Холи снял трубку телефона и набрал номер юной китаянки, услугами которой он пользовался в менее корыстных целях: Мина была не просто проституткой - официально она считалась девушкой для избранных. У Холи сейчас просто не хватало мужества пойти в морг одному...

Глава 5

Неопределенного возраста пухленькая китаянка сидела за ветхим столом, расположенным в центре комнаты, стены которой были покрыты эмалевой краской. Трудно сказать, от нее ли или от стен исходил крепкий запах формалина. Китаянка подняла равнодушные глаза на одетого в безупречный черный костюм Малко и спросила на великолепном английском:

- Вы ищете без вести пропавшего, сэр? Как его имя?

Малко вздохнул. За эти два дня он стал самым частым клиентом Цзюлунского морга, низкого и грязного здания на По Шанг-стрит, что в самом центре бедняцкого квартала Токваван. Три раза на день он вновь и вновь задавал одни и те же вопросы вежливым китайским служащим, каждый раз оказываясь в конце концов перед этим столом, за которым постоянно сидели разные люди. На все вопросы принца у них был один ответ: нет, тело господина Ченг Чанга не опознано, и вообще вряд ли удастся его опознать, учитывая состояние трупов. Некоторые гробы, стоящие в морге, были заполнены большей частью песком и лишь немногими останками жертв катастрофы... Тем не менее совсем уж отчаиваться не стоит, - китайская вежливость была безукоризненна.