- Я с вами совершенно согласен, - невозмутимо произнес Малко.

Полковник Уайткоум играл в кошки-мышки. Хорошо еще, что США и Великобритания, в основном, союзники! А если бы нет?..

- Я вынужден отпустить этих женщин, - подвел итог англичанин. Затем он обратился к китаянкам с длинной речью на их родном языке. Китайским полковник владел превосходно! Если бы Малко закрыл глаза, он мог бы подумать, что слышит речь настоящего китайского аборигена.

Выслушав полковника, женщины встали и молча пошли к выходу. Всю процессию возглавляла китаянка в грубом военном мундире. Полунасмешливо глядя на эту троицу, Уайткоум подождал, пока женщины выйдут из комнаты, а потом весело заметил:

- Эти "желтые" определенно непредсказуемы. Ваше присутствие их, кажется, очаровало.

Это был не тот глагол, который употребил бы Малко. Не ответив на ироническую реплику полковника, он молча последовал за ним по коридорам больницы. Три вдовы шли впереди, по-прежнему не говоря друг другу ни слова. Так все вместе они дошли до двери, выходящей на По Шанг-стрит. На улице, возле большого медного котла сидел на корточках продавец китайского супа. Он был еще более худ, чем полковник Уайткоум.

Выйдя первыми, три вдовы пересекли улицу и остановились на тротуаре напротив. Англичанин, прощаясь, протянул принцу руку.

- Рад был с вами познакомиться, сэр, - равнодушным тоном произнес Уайткоум. - Надеюсь, что преждевременная кончина господина Ченг Чанга не слишком отразится на съемке вашего фильма, а пребывание в Гонконге будет для вас приятным. Остерегайтесь карманных воришек... Если у нас появятся какие-нибудь новости, я не премину дать вам знать. Желаю удачи, господин Линге!

Мило улыбнувшись, Уайткоум закрыл за собой дверь, и Малко оказался на улице с ожидавшими его вдовами.

Принц никак не мог отделаться от мысли о том, что ЦРУ стоило бы заменить некоторых своих незадачливых сотрудников такими вот полковниками Уайткоумами, даже если последние носят в жару белые шерстяные носки.