Слегка качнувшись, зеленый паром внушительных размеров отплыл от берега. Днем и ночью десятки подобных паромов совершали переходы от Гонконга до Цзюлуна и обратно.

– Вы думаете, этого парня можно принимать всерьез? – осторожно спросил Малко.

Рийян скривил маленький рот в беззвучной усмешке:

– Такие типы, как он, попадаются мне раз по двадцать в месяц. Когда я только приехал сюда, мне было очень занятно опрашивать всех беженцев, прибывающих из коммунистического Китая. За несколько долларов они рассказывали все, что угодно. Впрочем, здесь все говорят обо всем: о «красных» шпионах, об агентах Тайбэя, о японцах... Единственной абсолютно верной информацией, которую я за последний месяц мог передать в «контору», было донесение о том, что сезон дождей наступит в этом году позже, чем обычно. Так что от всей души желаю вам иметь удовольствие...

– А что же англичане?

– Чертовы ублюдки... Они уже совсем «покраснели». Хуже, чем косоглазые! Ничтожества!

Тень королевы Виктории промелькнула между двумя мужчинами. Малко знал, что некоторые сотрудники ЦРУ и далеко не самые низкопоставленные, рассматривают Интеллидженс Сервис как службу, полностью разложенную коммунистами. Злые языки поговаривали даже, что королева Елизавета расписывалась в платежных ведомостях КГБ...

Что же касается ЦРУ, то в Гонконге работа для его сотрудников была не из легких.

Пятнадцатиэтажное здание американского консульства, выстроенное в форме буквы "Г", возвышалось над Гарден-роуд, что в двух шагах от «Хилтона». Крыша консульства изобиловала антеннами как многосемейные дома в пригородах: это был самый крупный прослушивающий центр в Юго-Восточной Азии. Двадцать четыре часа в сутки американские китаеведы фиксировали все, что извергало коммунистическое радио на трех основных китайских диалектах. Комплекс прослушивания работал на трех компьютерах, расположенных на пятом и шестом этажах. Каждое утро ЦРУ отправляло подготовленную секретную информацию в Вашингтон и по доброте сердечной позволяло шефу британской разведывательной службы пользоваться ею. Последний, рассеянно просмотрев эти сведения, полученные ценой золота, выбрасывал их в корзину для бумаг.