Жанна влетела в комнату и уставилась на разбросанные платья.

– Да уж, – произнесла она через некоторое время, – такого я от тебя, Ирка, не ожидала. Ладно бы еще Катерина задумала так вырядиться. Но чтобы ты…

– Катерина в эти платья вообще не влезет! – возмутилась Ирина. – Что ты меня с ней сравниваешь!

Катерина имела фигуру круглую, как шарик, но ни капельки от этого не расстраивалась.

– Это, с позволения сказать «шанель», давно пора выбросить, – сказала Жанна, не поведя бровью, – это вишневое, – она понюхала пятно, – кажется, мазут. Ты что, на дороге в нем валялась?

– А уж этот синий балахон, – продолжала милая подруга, не дождавшись вразумительного ответа, – как тебе в голову могло прийти его купить?

– Я похудела, – угрюмо сказала Ирина, – вот оно и стало чересчур свободно.

– Похудела – это хорошо! – оживилась Жанна. – Значит, тебе мое налезет!

И она развернула перед изумленными мамой и дочкой шуршащий пакет.

Платье было шикарным. Собственно, в этом Ирина и не сомневалась. Не сомневалась она и в том, что платье будет ярко-красным. Безумно открытое, совершенно без плеч, туго прихваченное в талии, еще какие-то перья, блестки и воланы.

Наташка восторженно ахнула, Яша, тайком просочившийся в комнату, тоненько взвизгнул.

– Надевай! – крикнула Жанна. – Время дорого!

– Да как оно на груди-то держится? – сопротивлялась Ирина.

– На липучках, – прошипела Жанна. – Яшка, пошел вон!

– Слушай, я же все-таки писательница, а не опереточная примадонна!

– Да? – заорала Жанна. – А ты приглашение-то читала? Что в нем сказано? Дресс-код «black tie»! А это значит, что у женщины должно быть вечернее открытое платье, длинное! А ты что за обдергай собралась нацепить?

– Во-первых, если до пяти часов, то можно платье-коктейль, то есть короткое, – слабо сопротивлялась Ирина, – а во-вторых, я звонила девочкам в издательство, они сказали, что нарочно такой дресс-код написали. Потому что писатели – это такие люди, если напишешь «formale» – они в драных джинсах придут!