И сказал командир, обернувшись к бойцам –

Про тот берег забудьте, ребята!

Если дрогнем – пойдет враг по нашим тылам.

И лишь мы будем в том виноваты.

И бросались под танки с гранатой в руке –

В ночи битва грозою гремела.

Отражались зарницы в кипящей реке.

И земля, будто уголь, горела.

До рассвета держались – но нет больше сил.

Дальше биться – и некем, и нечем.

Снова танки идут, час последний пробил.

В небесах гаснут звезды, как свечи.

И погибли герои, все сто, как один.

Пали с честью во славу народа.

Отдал каждый из них свою юную жизнь,

За великое дело свободы.

Уж давно за рекою погасли огни.

И на небе заря догорела.

Эй, товарищи! Встанем же все, как они –

В битве насмерть, за правое дело.

– У нас по другому пели – сказал кто-то – начало такое же, а дальше:

И градом снаряды, и мины летят,

И танки врага перед нами.

Идут, надвигаются за рядом ряд –

Земля вся дрожит под ногами.

Прощайте, товарищи, час наш пробил –

Держаться и некем, и нечем.

От нас не останется даже могил –

Сгорим мы в окопах, как в печи.

Не скажет никто, где навек мы легли,

В любви к трудовому народу.

Мы отдали все для него, что могли,

За жизнь его, честь и свободу.

– Как кому нравится, так и поют! – заметил товарищ Итин – главное, чтобы суть революционная осталась неизменной, ну а что на виду, то как кому удобнее меняй!

– Скоро уж другие песни будут – сказал кто-то из бойцов – как война кончится, и по домам. Это правда, что на Июль-Корани себя не жалели – потому что думали, что в последний раз. А вот поди ж ты – уж скоро осень.

– Не будет больше зимы голодной и холодной – решительно произнес товарищ Итин – говорил я с Вождем перед самой нашей отправкой, и сказать могу – до зимы войну мы закончим. И начнем сразу строить – как в книжке той.