Пока он не знал, какая тайна скрывается за этим преступлением, было ли совершено это убийство из мести или же Ашмид был убит грабителем, которому показалось, что банкир заподозрил его.

Человека, который привлек внимание Ника Картера, звали Мак-Вильямс. Он был уже немолод и давно состоял на службе в банке.

Ник Картер начал допрашивать его, но был прерван кассиром Петерсом, который подошел и положил ему руку на плечо.

Петерс казался совершенно убитым горем.

— Смею я вас попросить пройти на минуточку в мой кабинет? — дрожащим голосом проговорил он.

Ник Картер сейчас же последовал за ним, крайне интересуясь предстоящей беседой.

Кассир запер за собой дверь, подошел к Нику Картеру и взял его за руку.

— Бог мне свидетель, — проговорил он, глядя сыщику прямо в глаза, — я не причастен к этому ужасному преступлению! Когда я сегодня утром зашел на квартиру мистера Ашмида, я еще ничего не подозревал. Мистер Ашмид вчера еще поручил мне зайти к нему сегодня до начала работы, так как хотел переговорить со мной о некоторых важных делах, с которыми надо было покончить еще до десяти часов.

— Состояли ли эти дела в какой-нибудь связи с бумагами Гильтона из Спрингфилда?

— Да! Мистеру Ашмиду казалось, что в книгах были допущены неправильные записи, а так как я еще не успел вникнуть в это дело, то я и должен был прийти к нему для выяснения некоторых неправильных записей, найденных им на нескольких счетах. Дело касалось прежде всего неправильных записей кассовых поступлений.

— Было ли вам известно об этих неправильностях?

— Нет! Он мне до этого только сказал, что вопрос касается недостачи в пятьдесят тысяч долларов и что ему кажется, будто кто-то изменил записи в книгах.

— Но вы-то лично убеждены в том, что книги находятся в полном порядке?

— Да, до одного цента! Наши месячные балансы всегда сходились, и у нас не было никогда поводов к недоразумениям.