- Они оба стоят таких денег, - кивнул Траппатони, - и мы надеемся, что вы согласитесь.

- Когда я должен дать ответ?

- Немедленно. После этого я сообщу вам их имена.

- Вы уверены, что у меня получится?

- Во всяком случае, вы один из немногих, у кого это может получиться.

- Тогда я задам вам несколько вопросов. На него совершались покушения?

- Много раз, - кивнул Траппатони, - и каждый раз он оставался в живых.

- Значит, он знает, что его могут убрать и готов к этому. Соответственно готовы и люди из его охраны.

- Верно. Иногда он спасался только чудом.

- Если я соглашусь, вы скажете мне его имя и дадите аванс. Когда мне нужно приступить к операции?

- Сразу после нашего разговора. У вас не так много времени. Встреча состоится примерно через четыре месяца. Точную дату мы знаем, и я сообщу вам ее вместе с фамилиями политиков.

- Ясно, - кивнул Груодис, - заодно постарайтесь убедительно объяснить, почему за их убийство платят такие деньги. Надеюсь, этот пункт вас не очень обременит?

- Не очень, - улыбнулся Траппатони. - Я постараюсь объяснить, почему так важно сорвать эту встречу.

- И последний вопрос. Этот политик или эти политики хорошо известны в мире?

- Даже слишком. Во всяком случае, в мире политики их знают слишком хорошо. От их встречи может во многом зависеть судьба мира. Но это не президенты США и России, на такой заказ мы пока не планируем вашего участия.

- Понятно. Кажется, я должен согласиться. Вы и так уже сказали слишком много. Я ведь не должен отказываться, это правда, мистер Траппатони?

- Что вы имеете в виду? - нахмурился его собеседник. Блеснула заколка на его галстуке.

- Ничего. За исключением того малозначительного факта, что под кузовом моего автомобиля прикреплено взрывное устройство, реагирующее на радиосигнал. Если сейчас мы не договоримся и я попытаюсь уехать, вы пошлете этот сигнал. Я даже убежден, что приказ будет отдан из вашего автомобиля. - Груодис говорил спокойно, словно рассказывал выученный урок, глядя в несколько растерянные глаза своего преподавателя.