— Я из джипа, как все, — не воодушевилась идеей Ирма.

Когда девушки спустились вниз, даже Ирма рассмеялась — все оделись в черные платья почти одинакового фасона — облегающие и на бретельках. Разницу составляли ширина бретелек, длина платьев, верх лифов и качество тканей.

— Мы как из инкубатора, — заливисто смеялась Влада.

— Три монашки, — мрачно подытожила Ирма.

— Почему сразу монашки? — вздернула бровки Влада, выходя на веранду, где тетка Лейла накрывала на стол. — Черное платье — это практично, элегантно, изысканно. Мы три колдуньи, прекрасные колдуньи, которые обязательно облачаются в черный цвет, подчеркивающий их красоту.

— Черные платья покупают те, у кого денег нет, — заявила Ирма. — Из-за практичности. На таком платье пятен не видно.

— Девочки, какие вы красивые… — восторгалась Влада. — Тетя Лейла, а свечи есть?

— Свечей нет, — растерялась тетка, ставя на стол овощи с зеленью. — Лампы есть. Керосиновые лампы. Подойдут?

— Конечно, подойдут! — промурлыкала Влада.

Электричество выключили. Три лампы отлично освещали стол. А на ужин Ганнибал приготовил шашлык, вызвав новый приступ восторга у Влады. Хозяева присоединились к девушкам. Тетка Лейла рассказывала о городе, о побережье, делилась проблемами, мол, в этом году повезло, на два с половиной месяца сняли дом полностью, а бывает, клиентов мало, но в прошлом году был хороший наплыв отдыхающих. Ганнибал молча макал мясо в соус и ел, как натуральный каннибал, низко склонившись над тарелкой и запихивая в рот большие куски. Ни одного взгляда он не бросил в сторону девушек, будто их вообще не существовало. Ирма тоже не отличалась разговорчивостью, помалкивала и Жанна, зато Влада болтала с хозяйкой без остановки.

А вечер-то как хорош! Тишина, прохлада, чуть доносился шум моря, легко дышалось, легко и беззаботно стало на душе. Да, каким-то образом и внутри образовался покой сродни всему тому, что окружало. К Жанне вернулись прежние мысли, будто это и есть начало новой, интересной жизни, которая обязательно будет красивой, как этот вечер, и такой же спокойной. А еще она будет легкой, не в том смысле, что благополучие придет само собой, без усилий, но оно придет без препятствий.