— Откуда?

— Оттуда, – в тон ему ответил десантник.

— И как там?

— Хреново, — десантник продемонстрировал звероватый оскал. Он все время поворачивал голову вслед за майором. С мотоцикла, впрочем, не слез и ладоней с прорезиненных рукояток руля не убрал. – В поселок заводской заезжали вчера. Ни одного человека в поселке, полный абзац…

Последовала короткая пауза.

Майор выдернул из земли подсыхающую былинку и переломил ее пополам.

— А что бы вам не собрать десяток ребят, — сказал он, покусывая жесткую ость. – Десяток нормальных ребят, крепких таких, неужто уж не найти? Вот приехали бы сюда, ну – на рыбалку, поговорили бы заодно... Объяснили бы внятно, кому эта земля по праву принадлежит… Кстати, рыбы в здешних местах – до хрена…

— Пробовали уже за рыбой, — хмуро сказал десантник.

— И что?

— А то, что с рыбалки этой никто не вернулся. В Больших Будовцах, ну, слышал, наверное, собрался вот так вот пяток бодрых ребят. Манайцы там обнаглели: кумирню какую-то начали воздвигать. Ну, погрузились в джип, штыри с собой прихватили. До Будовиц-то они доехали, это по следам было видать, а дальше – ни машины, ни ребят, ничего… Следственная группа потом работала. Утром примчались, значит – вечером уже бумажки подписывали. Болота вокруг Будовиц знаешь какие?..

— Понятно, ёк-поперёк, — сказал майор.

Что ему тут было понятно, объяснить мог только он сам.

Оба они повернули головы.

Визг манайцев, по мере того как священник к ним приближался, становился все тише. Руки, обращенные к небу, двигались все медленнее и медленнее. Круг в своей ближней точке неожиданно разомкнулся, давая проход, но не распался совсем – края его разошлись, образовав подобие чаши. Священник оказался как раз в ее фокусе. Метелочка замерла в воздухе. Но потом все-таки опустилась в сосуд и резким движением выбросила оттуда веер продолговатых искр.