- Он смылся, - сделала вывод Лула. – Спорим, он уже в Мексике и надорвал животик, представляя, как мы тут танцуем тустеп среди кучи долбаных гаражей.

- А что случилось с твоей утренней версией «труп в ванной»?

Лула была одета в ярко розовую лыжную куртку и белые с искусственным пятнистым мехом сапоги до колен. Она подняла воротник куртки и взглянула вверх на крыльцо, ведущее на второй этаж в квартиру Мо.

- Поищем-ка сперва его машину. Если бы он был трупом, то к этому времени начал бы вонять.

Я тоже именно так и думала.

- Конечно, он мог закрыть себя в холодильнике для мороженого, - продолжила Лула. – Тогда он вонять не будет, потому что заморожен. Наверное, этого не случилось, хотя бы потому, что Мо должен был вынуть все мороженое прежде, чем там поместиться. А мы уже смотрели в окна магазина и что-то не видали кучу коробок с мороженым, разложенных вокруг и тающих сами по себе до следующего года. Наверняка, Мо мог бы сначала съесть все мороженое.

Гараж Мо был деревянным, покрытым дранкой и со старинной двойной деревянной дверью, шатающейся на дверных петлях и оказавшейся приоткрытой. Добраться до гаража можно было из переулка, но имелась еще боковая дверь, ведущая к короткому тротуарчику, доходившему до задней стороны магазинчика.

Внутри гаража было темно и затхло, вдоль стен выстроились коробки с соломкой «Тасти Строуз», салфетками, очистительными средствами, сухим горючим, фруктовыми консервами, сиропом Херши и моторным маслом. В углу были свалены, ожидая очереди на макулатуру, газеты.

Мо был популярной личностью и, по-видимому, доверчивой душой, но оставить открытыми двери гаража, когда сам гараж полон запасов, казалось уж слишком чрезмерным грузом для человеческой природы. Была вероятность, что он оставил все в спешке и был слишком расстроен, чтобы думать о двери. Или, возможно, он не планировал вернуться. А, может, его силой заставили уехать, и у его похитителей на уме было совсем другое, помимо гаражных дверей.