Матушка воздела в мольбе руки.

– Как я все это объясню? Что скажут люди?

- Они скажут, что я делаю свою работу, - успокоила я матушку.

- Твою работу! Ты работаешь на своего никудышного кузена. Мало тебе, что ты носишься вокруг и стреляешь в людей, сейчас ты еще взялась за Дядюшку Мо, словно он преступник какой.

- Я застрелила только одного человека. А Дядюшка Мо самый обычный преступник. Он нарушил закон.

- Вообще-то, это не тот закон, о котором мы сильно заботимся, - заключила Бабуля, взвешивая в уме преступление.

- Мо был когда-нибудь женат? – спросила я. – У него есть подружка?

- Конечно, нет, - ответила Бабуля.

- Что ты имеешь в виду под «конечно, нет»? С ним что-то не так?

Матушка с Бабулей переглянулись. Очевидно, до сих пор они не задумывались об этом.

- Полагаю, он что-то вроде священника, - наконец, выдала Бабуля. – Похоже, он был женат на магазине.

- Черт возьми, Святой Мо, давший обед безбрачия сладкий старикашка, также известный как Старина Носочлен.

- Не то, чтобы он был в не курсе, как хорошо провести время, - добавила Бабуля. – Как-то слышала от него один из этих анекдотов про лампочку (распространенная в Америке форма анекдота, которая начинается с вопроса: сколько нужно…. , чтобы вкрутить лампочку. Например, такой анекдот. Вопрос: сколько нужно полицейских, чтобы вкрутить лампочку. Ответ: не меньше двух. Один вкручивает, другой зачитывает ей права. – Прим.пер.). Ничего такого голубого. Он никогда не задевал этот цвет. Всегда вел себя, как джентльмен.

- Ты о нем что-нибудь знаешь? – продолжила я допрос. – Ходил ли он в церковь? Принадлежит ли к Обществу ветеранов американских зарубежных войн?

- Ну, я не знаю, - ответила Бабуля. – Знаю его только по магазинчику сладостей.

- Когда ты с ним последний раз говорила?

- Должно быть, пару месяцев назад. Мы останавливались купить мороженое по дороге за покупками. Помнишь, Эллен?