Большую часть времени люди, так или иначе, стараются держаться поближе к дому.

Им гораздо лучше сбежать подальше, но вдали не чувствуешь себя в безопасности. Только дом дает это ощущение. Рано или поздно все НЯС связываются со своими родными, подружками, закадычными дружками. И обычно раньше, чем позже.

Я сменила фланелевую рубашку на трикотажную футболку с надписью «Рейнджерс» и стала переключать телевизионные каналы. Наверно, следовало еще кому-нибудь позвонить, но сегодня играли «Рейнджерс». А приоритеты есть приоритеты.

Будильник зазвонил в семь утра. Я протянула руку, чтобы прихлопнуть кнопку и взглянула на часы, удивляясь, зачем установила будильник на такое безбожное время. Не было никакого признака солнца, и дождь стучал в оконное стекло. Даже в лучшие времена утро не было моим любимым временем дня, а сейчас и близко не были лучшие времена.

В следующий раз я проснулась в восемь тридцать. За окном все еще шумел дождь, но, по крайней мере, небо сменило цвет с черного на серый. Я с трудом выволокла себя из кровати в ванную и некоторое время стояла под душем. Думала я о Меле Гибсоне и Джо Морелли и пыталась решить, у кого из них лучшая задница. Потом вспомнила о Майке Ричтере, вратаре «Рейнджерс», что же он такой мазила.

К тому времени, когда я вытирала волосы полотенцем, с Ричтера я переключилась на Дядюшку Мо. И пришла к заключению, что это тупик. Интуиция подсказывала мне, что Мо недалеко сбежал и, в конце концов, всплывет на поверхность. К несчастью для словаря охотников за головами слова «в конце концов» не являлись желательными. В конце концов, рента за квартиру сама собой не заплатится.

Побрызгав волосы лаком самой сильной фиксации, я надела свою обычную униформу из джинсов и фланелевой рубашки и рывком раздвинула занавески.