- По домам, - разочарованно произнес Борис. - Ты к себе, я к себе...

- Вот и не угадал, дурачок. Едем ко мне на дачу... Ты полагал, я зря именно сегодня все это затеяла? И решила поехать именно с Белорусского направления? Нет, Борька... Все продумано... И места я эти прекрасно знаю, тут такая красота, просто в наших краях мне все надоело, примелькалось, мы тут частенько раньше с отцом на лыжах катались. Видишь, какой сосновый бор? Ни единого другого деревца? Здорово? И плюс к тому никого народу, а у нас вечно встретишь какую-нибудь спесивую физиономию местного богатея... Сам знаешь, кто в наших краях строится...

- Обманщица... - рассмеялся Борис и поцеловал Оксану. - А что, там на даче нет никого?

- Неужели был бы кто, позвала бы? Мама на работе, отец в Париже, Виталик с мамой, Зиночка сегодня отпросилась, у неё сестра замуж выходит, только охранник в будке, но он нам не помешает... Мы с тобой будем совершенно одни. Понимаешь, во всем доме совершенно одни... Так что, давай поспешать. Который час? Половина первого. В половине второго за Зиночкой приедет Толик...

Правительницу дома Красновых Зиночку побаивался не только Борис, и не только Оксана. Даже сама хозяйка дома порой ощущала себя в чем-то провинившейся перед этой дородной сорокавосьмилетней женщиной, на которой держался весь дом. А уж Валентина Зиночка просто считала за ребенка, несмотря на его сорок пять лет. И заниматься при ней любовью даже в огромном особняке было совершенно неприемлемо. Так что план Оксаны на сегодняшний день был вполне понятен. Они ходят на лыжах, приходят на дачу, охранник им открывает... И все, они одни... Конечно, можно было бы и сразу приехать, им давно уже никто не препятствовал встречаться, но... так интереснее, романтичнее...

- Оксана, ты куда? Нам же по этой лыжне к станции, - остановил её Борис.

- Не спорь со мной. Я тут все знаю, так мы выйдем к другой станции, до неё ближе...