— Ну как?

— Ну, воще!

— В смысле?

— Да, блин, целая поэма.

— Ну, это так… Получилось так… А вообще, как?

— Да я говорю — нормально.

— Думаешь?

— Конечно. Утренняя эрекция — вполне здоровое явление. Зверский аппетит — тоже. Свежий воздух, нагрузка… Аномалий не наблюдаю.

— Не, это понятно… А стих?

— Стих… Гхм… Стих — полнейшая дрянь.

— Не понял?! Вот ни фига себе… Рифма же есть?

— Если рифма — самоцель, тогда конечно… А суть? Ты вслушайся только!

— И что?

— Ничего. Явственно прослушивается отчаянный вопль семенников и желудочные урчания. Короче, откровения сексуально озабоченного проглота.

— Ну ты… Сам-то!

— А что — сам?

— Моральный урод!

— Угу… Мы вообще-то рассматриваем образчик твоего творчества, я тут вообще ни при чем. Но ты, вне всякого сомнения, прав. Долгое общение с тобой, разумеется, не могло не наложить отпечатка на мои личностные качества. Как говорится: с кем поведешься…

— Да ты просто завидуешь!

— Чему?!

— Ну, ты такой умный — и ни хрена. А я такой дурак — и…

Пару слов о службе. Мы с Васей четвертый день торчим в засаде. Или, если выражаться более грамотно, ведем наблюдение, располагаясь на заранее оборудованной и замаскированной позиции. Сектор наблюдения: юго-западная оконечность Червленной. Конкретного объекта наблюдения нет, поэтому наблюдаем сразу за четырнадцатью усадьбами, ворота которых выходят на одну улицу.

Если кто не в курсе, могу вкратце дать справку по странностям в названиях некоторых населенных пунктов республики Ичкерия. Никогда не задумывались, почему на левом берегу располагаются села с названиями преимущественно женского рода? Червленная, Николаевская, Калиновская, Савельевская, Мекенская, Наурская, Ищерская, Галюгаевская?