Штука весьма неприятная, голову повернешь и ствол пушки туда же крутится. Нам таких в Чечне не хватало, а тут пожалуйста. По характеру полета, этот летчик готов сделать из меня решето. Мой вертолет не имеет такой скорости, как машина противника и я направил его ближе к верхушкам деревьев. Теперь не до притока речки, надо жаться к неровности местности. Первая трасса сверкнула справа и тут же опыт подсказал мне бросить машину туда. Мой вертолет рванулся влево, противник проскочил вправо и тут щелкнул выстрел, потом еще один. Молодой охранник палил из карабина. Выстрелы обозлили неизвестного летчика. Он оттянулся резко еще дальше вправо, я же рванул ручку влево, поздно, он резко развернувшись, также влево, увеличил площадь цели и всадил очередь по корпусу. Опытный, сволочь. За мной стон. Я оглядываюсь. Парнишка лежит неподвижно на полу, старик стонет и корчиться на мешках с золотом. Я остался без последней слабой поддержки. Теперь идет гонка.

- Эй, отзовись, - кричу в микрофон, - придурок, слышишь меня.

В ответ трасса над винтами. Делаю рывок машины вверх.

- Ты глухой?

- Слышу, я тебе покажу, придурка, - вдруг неожиданно ответил неизвестный летчик.

До чего же знакомый голос.

- Боря, это ты?

Мне показалось, что преследователь как бы провалился и отстал, но потом опять бросился в атаку.

- Борька, не дури. Я Сережа, вспомни Чечню.

- Катись ты..., мне сейчас нужно золото.

Он саданул очередью, от моих колес полетели ошметки резины.

- Ну и сука же ты порядочная.

- От такого и слышу.

- Боря, за что ты на меня так?

- Ты должен сдохнуть, а я за это- право жить.

Вон он как повернулось. Значит его прощение у чеченцев или у кого то там и все за счет меня. Ругаться бесполезно.

Я мотаюсь влево и вправо, кручусь вокруг неровных пик скальных гор, мой опытный противник как намагниченный. Боря великолепный боец. Только чудо, что снаряды еще не разнесли меня в щепки.